Ю. К. Бегунов. Житие Александра Невского в составе Новгородской 1-ой и Софийской 1-ой летописей

Новгородский исторический сборник, вып. 9, Новгород, 1959 г. [229] - начало страницы. OCR Сергей Трофимов.

Житие новгородского и владимиро-суздальского князя Александра Ярославича Невского (1220—1263) является одним из важнейших источников для сведений о его жизни и деятельности и, вместе с тем, выдающимся памятником древнерусской литературы. Советские исследователи 1) неоднократно обращались к тексту так называемой «летописной» или «первоначальной» редакции 2) жития по отдельным изданным спискам, 3) в том числе и по Новгородской 1-й летописи младшего извода 3а) и Софийской 1-й летописи. 3б) Большинство исследователей присоединялось к высокой оценке жития Александра Невского в составе Софийской 1-й летописи, данной еще Н. А. Полевым: «Это род поэмы. Составляя собой переход от древних героических песен, каковы «Слово о полку Игореве», к чисто схоластическим памятникам позднейшим, сия поэма или повесть поэтическая, чрезвычайно любопытная, как памятник словесности русской XIII века. Она внесена во многие списки летописей, но невежды переписчики перемешали ее с историческими известиями, какие находились в новгородской и других летописях». 4)

Несмотря на обстоятельные труды В. И. Мансикки, 5) Н. И. Серебрянского, 6) С. А. Бугославского 7) и других, житие Александра Невского «первоначальной» редакции оставалось неизученным современными приемами текстологии: нет критического издания жития, не изучена литературная история «первоначальной» редакции, ее отношения к летописям, к так называемой «светской биографии» князя Александра и т. п. На этот недостаток уже указывали Д. С. Лихачев 8) и И. П. Еремин. 9) Неудовлетворительное состояние изучения важнейшего источника по истории Руси XIII века — жития Александра Невского «первоначальной» или «летописной» [230] редакции является одной из причин некритического освещения исторических фактов: преувеличения роли князя Александра Ярославича, победителя немцев и шведов и ходатая за Русскую землю, перед ханом, и недостаточного внимания в изучении его внутренней политики как князя, действовавшего в интересах суздальской знати и жестоко подавлявшего народные восстания.

В настоящей работе мы рассмотрим житие Александра Невского только в составе Новгородской 1-й летописи младшего извода и Софийской 1-й летописи.

Было ли житие Александра Невского написано для одного из Новгородских сводов XIII века? В Новгородской 1-й летописи старшего извода (Синодальный список) жития не содержалось.

А. А. Шахматов 10) пришел к выводу, что отрывки из жития Александра Невского являются вставками в Комиссионный список Новгородской 1-й летописи младшего извода, сравнительно с Синодальным списком, под 1240—1242, 1245, 1251—1252 годами. Выводы А. А. Шахматова были поддержаны В. И. Мансиккой 11) и С. К. Шамбинаго. 12)

Сличение Синодального списка с тремя списками Новгородской 1-й летописи младшего извода: Комиссионным, Академическим и Толстовским показывает, что ни летописные известия Синодального описка не послужили источником для жития князя Александра, ни известия жития не были источниками известий Синодального списка.

В житии князя Александра Невского полностью отсутствуют новгородские известия 1238—1263 гг. о женитьбе князя, о строительстве городов по реке Шелони, о раздорах и спорах князя Александра с новгородцами, об отъездах его из Новгорода в Суздальскую землю, отсутствуют подробности о Ледовом побоище, известные новгородскому летописцу, нет рассказа о посольстве немцев после Ледового побоища, о походе Александра на емь в 1256 году, о расправе Александра с сыном Василием и его дружинниками, о татарской переписи. Зато в житии много подробностей, неизвестных новгородскому летописцу: описание «чудес» и подвигов ратников князя Александра в Невском и Ледовом побоищах, характеристика внешности князя, его речи, обращенные к псковичам в 1242 году и к князьям, отправлявшимся в поход на Юрьев в 1262 г., рассказ о посольстве папы, подробный рассказ о преставлении и о погребении князя и о посмертном чуде с грамотой. 13) Обращает на себя внимание различие в изображении князя Александра в житии и в Синодальном списке Новгородской 1-й летописи старшего извода. В житии автора привлекает не столько точное следование хронологии событий и историческим реалиям, сколько образ самого князя, дорогой и близкий для современников. В Синодальном списке в краткой форме сообщается о фактах княжения Александра как новгородского князя, не замалчиваются его ссоры с новгородцами и крутые расправы с врагами. [231]

Так как Синодальный список в части с 1234 года до конца написан почерком первой половины XIV века, 14) то можно предполагать, что в нем жития Александра, по крайней мере, в первой половине XIV века не было. Летописные известия Синодального списка об Александре гораздо более полные и подробные, чем известия жития. Новгородский летописец под 1263 г. отмечает высокие заслуги князя, который «много потрудился за Новгород и Псков и за всю Русскую землю». Новгородцы чтили военную доблесть и исключительные заслуги князя Александра, победителя шведов и немцев, но не могли ему простить нарушение прав новгородской боярско-вечевой республики.

Александр Ярославич за долгие годы своего княжения в Новгороде (1236—1252) старался подорвать экономическое и политическое значение новгородского боярства, отнимал у него земли, выносил судебные решения от своего имени, отнял берег Тре и посылал туда за меховою данью своих дружинников, раздавал новгародские волости своим сторонникам и владимирской знати. 15) Вместе с тем, он способствовал проведению татарский поголовной переписи и жестоко подавлял народные волнения. В договорной грамоте 1272 г. Новгорода с Ярославом Ярославичем мы читаем осуждение внутренней политики Александра: «А что, княже, брат твой Александр деял насилие на Новгороде, а того ся, княже, отступи». 16) Можно предполагать, что житие не было включено в летопись, потому что характеристика князя Александра, как суздальского князя и местного святого, в житии не совпадала с характеристикой князя в Синодальном списке летописи или, может быть, летописец вовсе не знал жития.

В XV веке житие Александра Невского уже читается в составе Новгородской 1-й летописи младшего извода, в Комиссионном (старший список 50-60-х годов XV века), Академическом и Толстовском списках.

После летописной статьи 1239 г. о женитьбе князя на полоцкой княжне, дочери князя Брячислава, и о строительстве городов на реке Шелони, житие начинается под 1240 со слов «О господе бозе нашем. ». Извлечения из жития чередуются с летописными известиями из Новгородской 1-й летописи старшего извода, до 1252 г. Под 1252 г. помещен заключительный плач «О, горе» и описание преставления князя Александра и чуда с грамотой. Составитель свода даже не заметил, что Александр умирает у него дважды под 1252 и под 1263 годом. В. Мансикка и С. Шамбинаго подробно указали на все эпизоды «первоначальной» редакции жития, которые содержатся в Новгородской 1-й летописи младшего извода, поэтому мы не будем на этом останавливаться специально. Обратим внимание на способ, с которым летописец искусно переплетает рассказы жития с летописными известиями. Приведем примеры из описания Невского сражения: [232]

Синодальный список Новгородской 1-й летописи старшего извода:

Комиссионный список Новгородской 1-й летописи младшего извода:

«В лето 6748. Придоша Свеи в силе велице, и Мурмане и Сумь, и Емь в кораблих множьство много зело; Свеи с князем и с пискупы своими; и сташа в Неве, устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгород и всю область Новгородьскую». 17)

«Се же слышав король части Римьскы, от полунощьныя страны, таковое мужество князя Александра, и помысли в себе: «и пойду, рече, пленю землю Александрову». И събра вои множество, силу велику зело Свея с князем и пискупы своими, и Мурмане, и Сумь, и Емь, и токо наполни корабля многы полков своих и подвижеся в силе велице, пыхая духом ратным, и прииде в рику Неву и ста усть Ижеры, шатаяся безумием своим, хотя ще въсприяти Ладогу, такоже и Новъград и всю область Новгородчкую и пакы посла послове с великою гордостию». 18)

Точно также в Комиссионном списке Новгородской 1-й летописи младшего извода между летописными известиями вкраплены отрывки из жития «первоначальной» редакции. Приводим здесь описание Ледового побоища по Комиссионному списку (разрядкой отмечается текст идентичный тексту Синодального списка Новгородской 1-й летописи старшего извода):

«В лето 6750. Поиде князь Александр с новгородци и с братом Андреем и с низовци на Чудскую землю на немцив зиме, в силе велице, да не похвалаются, ркуще: «укорим словеньский язык ниже себе». Уже бо бяше Пьсков взят, и тиюне их посажене. И князь Александр зая вси пути до Плескова; и изгони князь Пьсков, и изима Немци и Чюдь, и, сковав, поточи в Новогород, а сам поиде на Чюдь. И яко быша на земли, пусти полк всь в за житья; а Домашь Твердислалиць и Кербет быша в розгони убиша ту Домаша, брата посадница, мужа честна, и иных с ним избиша, а иных руками изимаша, а инеи к князю прибегоша в полк. Князь же въспятися на озеро; Немци же и Чюдь поидоша по нех. Узрев [233] же князь Александр и новгородци, поставиша полк на Чюдьском озере, на Узмене, у Воронья камени; и наступиша озеро Чюдское: бяше бо обоих множество много. Бяше бо ув Олександра князя множество храбрых; якоже древле у Давыда песаря силни крепци, такоже мужи Александровя исполнишася духа ратна, и бяху бо сердца им акы лвом: и ркоша: «О, княже наш честный и драгыи, ныне присяге время положити главы своя за тя.» Князь же Александр въздев руце на небо, и рече: «суди, боже, и расуди прю мою от языка велеречьна. Помози ми, господи, якоже древле Моисиеви на Амалика и прадеду моему Ярославу на оканьнаго Святополка. Бе бо тогда день день суботный, въсходящю солнцю, и наихаша полк Немци и Чюдь, и прошибошся свиньею сквозе полк, и бысть ту сеча велика Немцом и Чюде, труск от копий ломлениа и звук от мечнаго сечениа, яко и морю померзъшю двигнутися и не бе видети леду: покрыло все кровию. Се же слышах от самовидца, и рече ми, яко видех полк божий и на въздусе пришдешии на помощь Александрове. И победи я помощью божиего и святой Софеи и святую мученику Бориса и Глеба, ею же ради древле крови прольяша; и немци ту падоша, а Чюдь даша плещи; и гонящися биле на 7 веръст по леду до Соболичькаго берега; и паде Чюди бещисла, а Немець 500, а иных 50 руками яша и приведоша в Новъгород. А бися априля в 5, на память святого мученика Феодула, на похвалу святыя богородица, в суботу». 19)

В житии Александра в Новгородской 1-й летописи имеются дополнения, которые не восходят к известиям Синодального списка: они добавлены самим составителем Новгородской 1-й летописи младшего извода. Это распространенные характеристики Александра и его матери Феодосии:

1) «от Феодосиа матери, боголюбивы правом, доброчестива и богоугодна купне якоже суща, великими просвещаетеся делы, якоже иноческого сподобитися ей чина и принопомнемая Феодосиа, мати князя Александра». 20)

2) «Богом въспетанного и богочестивого и богом утвержаемого, и поборника суща православнеи христовеи вере, дражаиишага Александра». 21)

Таким образом, составитель Новгородской 1-й летописи использовал житие Александра, сохранившее все эпизоды, в том числе «о 6 муж храбрых», и о чуде за Ижорой, полную версию рассказа о погребении и чуде. 22) Житие было разбито на отрывки и разнесено по погодным известиям. Из него были выпущены такие рассказы, которые полнее и подробнее изложены в Новгородской 1-й летописи старшего извода. Составитель подошел к своей задаче сознательно, создавая образ местнопочитаемого князя как святого [234] воина Русской земли. На полях старшего Комиссионного списка помета: «Сказание о князе Александре». Так составитель, озаглавил составленную им компиляцию жития и летописи. Эту компиляцию следует считать новой, второй редакцией жития князя Александра. В архетипе списков Комиссионного, Академического, и Толстовского, возникшим не позднее 50-х годов XV века, житие уже содержалось. А. А. Шахматов 23) предполагал, что заимствования из «первоначальной» редакции жития попали в новгородскую 1-ю летопись младшего извода из свода 1448 года, а в свод 1448 года житие Александра добавлено из общерусского летописца, такого, как Лаврентьевская летопись. К добавлениям в своде 1448 года А. А. Шахматов относит также «Сказание об убиении Михаила Черниговского», известие о кончине Ярослава Всеволодовича в орде под 1246 годом, краткое сообщение о взятии крестоносцами Царьграда под 1204 годом, рассказ о Куликовой битве под 1380 годом. Однако, позднее А. А. Шахматов 24) отказался от гипотезы существования свода 1448 года. А. А. Шахматов, а вслед за ним М. Д. Приселков 25) и Д. С. Лихачев 26) полагают, что основным источником семьи новгородских летописей — Новгородской 1-й, Новгородской IV, Софийской 1-й — был Новгородско-Софийский свод начала 30-х годов XV века. Д. С. Лихачев полагает, что он составлялся при новгородском архиепископе Евфимии. 27)

Очевидно, что в прямых источниках Новгородской 1-й летописи младшего извода, в Синодальном списке и Софийской летописи, составлявшейся при дворе новгородского архиепископа в XII—XIV веках (по А. А. Шахматову — «Софийский Временник»), жития Александра Невского не было. Оно появилось в результате дополнительной сверки Новгородской 1-й летописи младшего извода по Новгородско-Софийокому своду 30-х годов XV века.

Софийская 1-я летопись первой редакции, составленная в 40-60-х годах XV века московскими книжниками, 28) сохранилась в двух списках XV века — списках Оболенского и Карамзинском. В обоих списках содержится житие Александра Невского, разбитое на эпизоды и объединенное с летописными известиями 1240—1252 гг., т. е. такое же, как в Новгородской 1-й летописи младшего извода. Если Новгородская 1-я летопись младшего извода поместила житие сразу после летописного известия о женитьбе Александра, то Софийская 1-я летопись поместила житие после летописной статьи о взятии Киева Батыем, следующей после статьи о женитьбе Александра.

В Софийской 1-й летописи также, как и в Новгородской 1-й летописи, пропущен рассказ жития о том, как Александр поехал в орду отмолить у хана воинскую повинность, не использован рассказ: жития о походе на Юрьев в 1262 году, нет известия жития о болезни и смерти князя. Также, как и в Новгородской 1-й [235] летописи, в Софийской 1-й летописи рассказ о смерти Александра читается дважды под 1252 г. и под 1263 г. 29)

А. А. Шахматов 30) замечал, что в Софийской 1-й летописи полнее использовано житие Александра Невского, чем в Новгородской. 1-й летописи младшего извода. Например, эпизоды жития, опущенные или замененные летописными известиями, в Новгородской 1-й летописи младшего извода, в Софийской 1-й летописи использованы полностью: о разорении града Копорья в 1241 году, об освобождении Пскова и Ледовом побоище рассказывается ближе к тексту жития, чем в Новгородской 1-й летописи. Использован рассказ «об умножении литовского языка», опущенный в Новгородской 1-й летописи. Таким образом, о войне с литовцами в Софийской 1-й летописи сообщено дважды словами жития под 1242 г. и словами летописи под 1245—1246 гг. Подробнее, чем в Новгородской 1-й летописи, использован в Софийской 1-й летописи рассказ жития о поездке Александра Невского в орду.

Искусно пользуясь текстом и «первоначальной» редакции, и «особой» или проложной редакции жития, 31) летописными известиями Новгородской 1-й летописи старшего извода, автор Софийской. 1-й летописи по возможности полнее украшает повествование об Александре. Вместо «князь Александр» в Софийской 1-й летописи везде употреблен полный титул: «великий князь Александр Ярославич» и полным титулом назван «великий князь Ярослав Всеволодович» и «великая княгиня Феодосия». В Софийской 1-й летописи все московские князья именуются великими, последовательно проведена мысль, что московские великие князья ведут свой род от Владимира Святославича, через Владимира Мономаха, Всеволода Большое Гнездо, Александра Невского, Дмитрия Донского. В соответствии с этим свод имеет название: «Летописец Русьской земли».

Архиепископ Спиридон назван «Новгородским», царство Батыя — «державой», в словах митрополита Кирилла «заиде солнце земли Суздальской», «Суздальской» заменяется на «Русской». В заключительной фразе после слов «иже много тружеся за землю Рускую и за Новъгород и за все городы и за Пысков» добавлено «и за все великое княжение, отдавая живот за правоверную веру». В Софийской 1-й летописи житие Александра начинается с небольшого предисловия, встречающегося еще только в списке сборника Н. П. Лихачева 32) и в «особой» редакции: «О велицем князи нашем Александре Ярославиче, о умном и кротком и смысленом, о храбром, тезоименитом царя Александра Макидоньского, подобнике царю Алевхысу, крепкому и храброму. Сице бысть повесть о нем, ему же бяше бог лета приолжил по его правде. И угобзи ему бог дни и чьсти в славу его».

Отдельные места «первоначальной» редакции жития распространены. [236]

Первоначальная редакция. (по списку, изданному В. И. Малышевым):

Софийская 1-я летопись:

«Тако же князь Олександръ бе побежая непобедим».

«Тако же великий Александр Ярославич бе побежал везде, а непобедим николиже».

Так же читается это место в «особой» редакции и в Лихачевском списке. Распространено было описание славы князя Александра.