Изнутри: студентка иняза летом поработала в монастыре и рассказывает о своих впечатлениях

Идея устроиться летом на работу, чтобы получить лишнюю копеечку и остаться в столице, среди студентов не нова. Наша героиня Александра искала подработку, а нашла духовный опыт. Студентка переводческого факультета МГЛУ, успешно сдав летнюю сессию и окончив четвертый курс, устроилась переводчиком в Свято-Елисаветинский монастырь. Девушка поделилась своими впечатлениями.

Саша разместила свое резюме на сайте, откликнулась на несколько вакансий и ждала ответа. Монастырь оказался первой организацией, которая перезвонила ей и пригласила на собеседование.

О себе Саша рассказывает довольно скромно:

— Мне 21 год. В мои интересы входит чтение различной литературы, как правило, приключенческой и фэнтези. В последнее время мне нравится фаер-шоу, и я стараюсь его практиковать, хотя пока новичок в этом деле. Но огненные пои покрутить уже удавалось. Ну и еще я играю на бас-гитаре и слушаю музыку. Причем предпочитаю тяжелые жанры, такие как хеви-метал, рок, дэт-метал, да и вообще практически все из «металла», иногда слушаю классику, в последнее время подсела на фолк и блюз. Огненным шоу заинтересовалась от недостатка адреналина. Однако на собеседовании предпочла об этом умолчать, предполагая, что огонь вызовет ассоциации с адом. На остальные вопросы отвечала в основном правду, да и связаны они были с учебой, языками и религией. Плюс дали тестовое задание — перевод брошюры.

Я сказала матушке, что у меня душа находится в поиске. Это действительно так. Возможно, эта фраза и сыграла решающую роль при принятии меня на работу.

В обязанности входило составление баз данных и осуществление звонков в Швецию. Правда, через день звонки вменили в обязанности другому сотруднику. Вести базу данных значит проверять на актуальность информацию по различным приходам за границей. Дело в том, что Свято-Елисаветинский монастырь занимается внешней экономической деятельностью. Все средства, полученные от продажи товаров, идут на поддержку интерната, психдиспансера, подворья и других учреждений, которые находятся на попечительстве у данного монастыря. Также из этих денег производится оплата труда.

— Я участвовала в поездках за границу, вследствие которых и шла торговля. То есть мы приезжали в какое-то место, раскладывались, ставили палатки и торговали сувенирами, церковной утварью, церковным облачением, драгметаллами, различными лечебными средствами, медом, святой водой и так далее. Чтобы все это организовать, приходится заниматься множеством дополнительной работы. Мы поделены на группы, каждая из которых ответственна за определенный регион: Англия, Франция, Америка, Германия, Ирландия, Скандинавия и так далее.

В каждой группе составляется график поездок, сверяются на актуальность базы данных. Потом легче связаться с нужной организацией (приход, церковь, монастырь), чтобы можно было у нее остановиться и организовать свою выставку-продажу. Александра побывала в одной поездке в Польшу, в ходе которой посетила два места.

— Мы побывали в Грабарке и Гайновке. Грабарка — это святая гора, которая находится возле городка Семятыче. У них там 19 августа проходил большой праздник Вознесения Господня. В честь чего, в принципе, наша выставка и проходила. Гайновка — это город, расположенный недалеко от границы с Беларусью, рядом с Беловежской пущей. Там проходил подготовительный этап перед самой ярмаркой.

За испытательный срок Саша получила 2 800 000 белорусских рублей. Испытательный срок длится месяц, после него зарплата увеличилась. Учет идет по отработанным часам. Есть график учета рабочего времени, куда каждый работник вписывает фактические часы своей работы. Сколько получают другие работники, героиня поведать не смогла, но предполагает, что примерно 4 000 000 белорусских рублей. Вообще, в монастыре практикуется работа во славу божию, когда работник сознательно отказывается от денег. Но сестры, с которыми работала Александра, получали жалованье и в целом вели обычную мирскую жизнь, каждый день добираясь до работы на автобусе. В основном трудятся во славу божию монахини, живущие при монастыре. Хотя можно жить при монастыре и получать оклад одновременно, правда, Саша знала лишь одну такую сестру.

Свою жизнь за стенами монастыря Александра старалась не афишировать. И даже опасалась, что кто-нибудь из коллег или начальства увидит ее страницу в социальной сети «ВКонтакте».

Однажды наша героиня стала свидетельницей неприятного разговора матушки с сестрой по поводу накладных ногтей. До ума девушки довели, что работник должен выглядеть скромно и благочестиво.

Саша же любит носить на шее украшения, связанные со скандинавской мифологией. Понимая, что вряд ли матушки оценят молот Тора, первое время снимала подвески перед работой, потом просто прятала под одеждой. Но, несмотря на предусмотрительность, в неловкие ситуации попадать приходилось не раз. Являясь не очень воцерковленным человеком, она никогда не постилась и вообще слабо ориентировалась в этой теме. Однажды во время обеденного перерыва матушка поймала ее на кухне за поеданием йогурта в постный день. Впрочем, все подобные промашки обычно заканчиваются воспитательными беседами.

— Один раз мы с другом договорились, что он свозит меня после работы в деревню, так как я давно не видела свою бабушку. А из транспорта у нас был только мотоцикл, и, соответственно, мы поехали на нем. Начальство, наверное, не совсем одобрило бы последующую картину. Выбегаю я из ворот монастыря, здороваюсь с другом, рядом стоит машина с работниками монастыря. У нас неподалеку идет стройка, я захожу за кучу битого асфальта, достаю из рюкзака штаны, надеваю штаны, снимаю юбку. Ну не ехать же мне в юбке на мотоцикле! Снимаю косынку, завязываю ее наподобие шарфа. Третьим этапом я достаю косуху, надеваю перчатки, шлем — и мы поехали. В общем-то, такие переодевания мне не впервой. Наверное, с 17 лет, когда мама не разрешала мне ходить по улице в драных колготках. Я выходила из дома, переодевалась возле лифта и аккуратно, в обход, чтобы мама из окна не увидела, шла гулять. Двойная жизнь — замечательная штука, довольно интересная. [Смеется.] Правда, если господь все видит, то мне потом воздастся за лицемерие.

— До того как я побывала в монастыре, у меня был сложный период в жизни, — продолжает девушка. — Наверное, лет с 15 я перестала верить в бога. Фактически была атеисткой, но иногда склонялась в сторону язычества. В подростковые годы меня кидало в крайности, а эти два месяца больше приблизили к христианству. Не могу сказать, что я не верю в бога вообще. Я верю. Но для меня остается открытым вопрос, какой религии придерживаться. Православие приблизило к себе, поскольку невозможно остаться равнодушным, когда каждый день тебе приходится молиться три раза и участвовать в богослужениях, в том числе и ходить на исповедь и причастие. Это считается обязательным для всех работников.

Минусом работы Александра считает как раз таки сильное настаивание некоторых матушек на исповеди и причастии. Поскольку человек сам должен решить, нужно ли ему это, а не идти к священнику «из-под палки». Такое манипулирование вызывало у нее лишь отторжение от церкви. Но в целом она отмечает, что в монастыре работают хорошие люди, добрые и щедрые, собственно, какими и положено быть христианам. Там над тобой не стоит злой начальник с требованиями работать быстрее, а само место обладает сильной энергетикой и умиротворенной атмосферой. Саша даже осталась бы там работать, но параллельно все равно искала бы другое место. Поскольку, несмотря на жизненный опыт, который дало ей это место, профессионального она так и не получила: «Из переводов мне пришлось выполнить только перевод письма формата меньше A4. И это за два месяца, а в вакансии было указано, что им требуется переводчик с английского языка. Меня не совсем устроило то, чем я занималась».