Анализ повести "Пиковая дама" Пушкина: суть, смысл и идея произведения

В этой статье представлен анализ повести "Пиковая дама" Пушкина: анализ сути, смысла и идеи произведения, сделанный литературоведом и публицистом М. О. Гершензоном, .

Источником текста является статья М. О. Гершензона в "Собрании сочинений Пушкина", т. IV, серия "Библиотека великих писателей" под ред. С. А. Венгерова, "Брокгауз-Ефрон", СПб, 1910 г.) Смотрите: - Краткое содержание повести - Все материалы по повести "Пиковая дама"

Разумеется, пустая сказка, шитая белыми нитками. Какой-нибудь положительный, пошловатый человек, выслушав ее, вероятно, подумал бы: «Знаем мы эти чудеса. Разумеется, Сен-Жермэн просто дал ей денег за нежную плату, а Чаплицкому она сама в трудную минуту помогла за снисхождение к ее увядшим прелестям. Миф о трех картах пущен в ход, конечно, ею самой, и в этом смысле он, действительно, не лишен остроумия». Так, вероятно, и подумали слушатели, и может быть они были правы. Пушкин намеренно оставляет факты под дымкою. О чемъ говорила наедине молодая красавица с Сен-Жермэном, этого, разумеется, никто не мог знать, разв что она сама потом рассказала; а случай с Чаплицким Томский передает со слов своего дяди, графа Ивана Ильича, который «уверял его в том честью».

Итак, вся эта история о трех таинственных картах представляла собой, вероятно, не более, как комочек житейской пошлости. Остальные присутствовавшие взглянули, увидали комочек пошлости . и прошли мимо. Но одному из слушателей анекдот глубоко запал в память <. > Он разорвет вдребезги эту душу и всего человека.

Таков художественный замысел «Пиковой дамы»: соприкосновение души, определенно настроенной, с соответствующим этому настроению элементом действительности.

Вся грядущая драма Германна — его безумие и гибель — уже до начала действия заложена в его душе потенциально, но для того, чтобы она разразилась, нужен толчок извне, хотя бы самый незначительный <. >

. душа Германна вспыхивает от пустой, явно выдуманной сказки, рассказанной легкомысленным офицером.

Пушкин как бы хочет сказать: мы все ходим, ежеминутно готовые для драмы; наша насыщенная страстью душа жадно ищет в мире пищи для своей страсти — так жадно, что даже тень вещи способна соблазнить ее, и тогда она мгновенно вспыхивает вся и сгорает в мучительном счастии, одна медленнее, другая сразу, как этот Германн. Таков закон человеческого духа. Таков, между прочим, - это все знают — закон любви; так Таня уже до встречи с Онегиным была готова для любви: «Душа ждала. кого нибудь». <. >

Человек толпы живет мелкими вспышками, медленно тлея; чем сильнее личность, тем больше горючего материала в ней и тем неизбежнее она сгорит вся от ничтожнейшего толчка извне. Не так ли и душа

самого Пушкина под конец была насыщена и готова для драмы, так что малейшей интриги оказалось довольно, чтобы взорвать его и испепелить.

С той минуты, как душа Германна соприкоснулась с нужным ей отрывком действительности. он уже не владеет собой: он одержим, он обезумел. Степень его безумия Пушкин показывает нам не только в том, что он поверил глупой басне о трех картах, что он решается пробраться к старухе, грозит ей пистолетом и пр.

Воспитанница графини, Лизавета Ивановна, очевидно не была нужна для развития драмы; можно было придумать десять других правдоподобных способов, чтобы дать возможность Германну проникнуть днем или ночью в этот плохо охраняемый дом, и конечно не для этого Пушкин осложнил драму романом.

Но роман был ему нужен, чтобы в полной силе обнаружить одержимость героя. Между героем и его навязчивой мыслью он ставит сильнейший для пылкого молодого человека соблазн — соблазн обладания прелестной девушкой <. > И вот, когда в одной минуте для него сосредоточиваются две возможности: достигнуть цели своей любви и вынудить у старухи ее тайну, он даже не колеблясь отказывается от первой ради второй — и во всех дальнейших сценах Лизавета Ивановна для него вовсе не существует. <. >

. Он абсолютно уверен в своих трех картах — так уверен, что сразу ставит на первую карту, очевидно, весь свой капитал — 47 тысяч, — он, живший до сих пор одним жалованьем, не трогавший даже процентов с наследства, никогда не рисковавший играть в карты. <. >

. на этой безумной высоте у человека не может не кружиться голова, ему слишком легко оступиться; но горе ему, если он оступился. <. >

Что Германну открылась пиковая дама, это была, конечно, чистая случайность, да и вид этой карты, вероятно, не имел никакого сходства с мертвой старухой во гробу. <. >

Слово маньяк здесь, может быть, неуместно. Всякий человек — более или менее маньяк в каждом своем хотении. Пушкин . избрал форму настоящей мании только затем, чтобы нагляднее представить универсальный закон, по которому растет и действует всякое человеческое хотение.

. Пушкин для . наглядности эксперимента выбрал характер исключительный, т. е. такой, в котором хотенье или страсть достигают предельного напряжения, поглощают всю волю без остатка. Поэтому Германн был с самого начала задуман, как контрастная натура. В нем сочетаются твердость воли и самообладание с одной стороны — сильные страсти и «огненное» воображение с другой.

Это был анализ повести "Пиковая дама" Пушкина - анализ сути, смысла и идеи произведения, сделанный литературоведом и публицистом М. О. Гершензоном.

Источником текста является статья М. О. Гершензона в "Собрании сочинений Пушкина", т. IV, серия "Библиотека великих писателей" под ред. С. А. Венгерова, Брокгауз-Ефрон, СПб, 1910 г.)